Карисса (karissa8n) wrote,
Карисса
karissa8n

Часть третья


Часть третья. Парабеллум.

 

              Верность и измена, боль и страсть, и тьма, и свет –
Всё здесь есть.

Вот только говорят, что смерти нет… (с)

           

Первым вспомнил, сколько мне лет, и рассказал про библиотеку Кролик. Но отправиться туда нам мешали то квиддичные матчи, то ночные нашествия нежити. В конце концов мы с Ядвигой аппарировали в библиотеку вместе с Терезой. Мы читали, выписывали важное, и тут взгляд мой упал на один из свитков. На нем была надпись: «Сириус Блэк». Пока я читала, мне становилось все хуже и хуже. Вспомнилась прошлая осень, Сириус у нас в гостиной. Яркие искры смеха в глазах, случайно съеденная хулиганская конфетка с клептоманией и то, как он пытался утащить у нас все подсвечники, а они выпали из рук прямо посреди главного коридора. И тут из-за двери послышался его голос. Конечно, ведь Тереза же говорила, что библиотека находится в доме Сириуса Блэка. Мне очень захотелось выйти и посмотреть на него еще раз, спросить, зачем все это было нужно. Но я удержалась и продолжила копаться в свитках. На стене нашей гостиной висел портрет совсем еще молодого и очень красивого Сириуса. Кто-то в середине семестра предложил его снять, но Леонелла сказала, что лучше запомнить его таким.

Занятие в драконарии было веселым и опасным одновременно. Беленький катал студентов, рассказывал о драконах и играл с нами. Игры у него, правда, были своеобразными, особенно прицельное хлестание хвостом по нашим ногам, чтобы мы высоко прыгали. Белый дракон мне очень нравился, но я все отчетливее понимала, что драконарий – это не мое. Зато Кассиопея и Алардис сказали, что теперь прекрасно понимают мою маму.

Второй в сезоне матч мы играли с Хаффлпаффом. Я восхищалась стойкостью Уилла, пробегавшего весь матч без замен и фактически тянущего все на себе. Загонщица, которую я блокировала, совершенно не знала правил, и мне пришлось рассказывать их ей прямо во время отбирания бладжера. Матч мы выиграли, что опять же было закономерно.

 

 

* * *

 

В середине семестра у ворот школы появилась огромная шахматная доска. Как рассказывал кто-то, в прежние времена такой артефакт уже использовался в Хогвартсе для того, чтобы никто не мог войти в школу, не выиграв партии на доске. Видимо профессора решили поставить дополнительную защиту, помня о последней ночи прошлого семестра. Нам поручили нарисовать таблички для шахматных фигур. К счастью оказалось, что Лана рисовать умеет, поэтому большая часть фигур были похожи сами на себя.

Ночные нападения всякой дряни на школу поражали масштабами. Дементоры ходили просто табунами, почти каждую ночь в коридорах обнаруживалась пара-тройка болотных ведьм, однажды под утро особо умный тролль ломился в гриффиндорскую гостиную, чем-то отчаянно молотя по двери (надеюсь, что головой). Господин декан сказал, что директор уже не против того, чтобы в крайнем случае ученики выходили из гостиных и помогали относить раненых и класть всякую мелочь типа тех же красных колпаков. Профессор назначил меня ответственной за подбор такой тройки. Миранда с Патронусом была и так при деле почти каждую ночь, младший курс мне очень не хотелось бы выпускать из гостиной при любых обстоятельствах. Кроме, пожалуй, Алана – не зря они с профессором Люпином сразу нашли общий язык. В итоге я остановилась на Алане и Тюдоре, который неплохо владел Максимой.

 

* * *

 

Своей совершенно идиотской наивностью на том занятии по симпатическим мазям я обязана, очевидно, весеннему семестру, когда у нас со Слизерином просто не было времени на всякие глупости. А еще я провела лето вместе с двоюродными братом и сестрой в атмосфере любви и доверия и почти забыла, на каком факультете они учатся. В любом случае, я чувствую только свою вину за случившееся, надеюсь, что уж теперь-то принцип: "Не верь слизеринцам, не бери ничего у них из рук и ни о чем им не рассказывай" достаточно четко отпечатался у меня в сознании. И я приложу все усилия, чтобы донести это до остальных гриффиндорцев, особенно до младшего курса.

Благодаря рассказам старших я примерно представляла, что будет, и сразу сказала однокурсникам, чтобы не геройствовали – если мази возжелают испытывать в ситуации, приближенной к реальности, то подопытным кроликом буду я. Собственно с Противоожоговой  мазью так и получилось – мне слегка пожгли палец с помощью Инсендио и залечили приготовленным нами составом. После чего мисс Бертилак продемонстрировала действие симпатики – и, вот этого никогда себе не прощу, я опять не насторожилась, а поняла все слишком поздно – уже на матче, когда у Лео открылась рана.

 

Тинктуру Лезвийки мы записали, готовая мазь была, ее с изумительной услужливостью принес кто-то со Слизерина. Добровольцем опять вызвалась я (когда декан позже спросил, отчего порезы можно было нанести только Сектумсемпрой, а не обычным ножом, например, я была готова уже просто убиться обо что-нибудь железное), но мисс Бертилак заявила, что с меня на сегодня хватит и резать будем Лео. И тут финальным моим идиотизмом было то, что я не стала спорить с преподавателем, не отказалась от всего дальнейшего и просто не увела оттуда факультет, черт бы с ними, с баллами. Приглашенная Штефанеско, видимо как самая одаренная в этом плане, скастовала "Сектумсемпра Максима, правая рука". Да, можно рассказывать, что угодно, но выход из стойки "Максима" и вербальный компонент я видела и слышала сама. Шатающегося Лео усадили на стул и покрыли рану на руке и палочку Штефанеско Лезвийкой. В таком состоянии его уже можно было вести в Больничное крыло. Айна Вэйнэ решила пока оставить Лео у себя, но заверила, что к вечеру он будет в норме и сможет стоять на воротах на квиддиче. Я уточнила, действительно ли палец у меня будет заживать еще три часа, на что колдомедик спросила: "И кто же вам такое сказал? А, мисс Бертилак.. ну-ну.. Посмотрите – у вас уже все прошло".

 

* * *

 

Когда я возвращалась из Больничного крыла, то увидела, что шахматную доску активировали и на ней началась пробная партия. Черными фигурами играли те, кто изображал врагов, белыми – защитники школы. Партию вели "короли" – Джером Эйвери и профессор Фревин. Поверженные "фигуры", которыми были студенты, аспиранты и преподаватели, падали со Ступефаем. Я заняла место черной пешки, которая куда-то ушла. На доске в этот момент было серьезное преимущество черных фигур, а белых загнали в угол. Эйвери принимал решения довольно быстро и даже объявил один шах белому королю. Декан долго молчал, глядя на доску, и не обращая внимание на смех за спиной, подсказки аспирантов и директора, и потом сделал несколько ходов и партия была выиграна белыми фигурами. От падения на землю меня спас мистер Руквуд, поймав на Мобиликорпус и тут же приведя в чувство.

 

Через пару часов начался последний в этом сезоне матч по квиддичу. Мы играли с Рейвенкло, а Слизерин – с Хаффлпаффом. Младшекурсники синего факультета бурно радовались поддержке со стороны слизеринцев, пока еще не понимая причины. Наш матч в некотором смысле был дуэлью ловцов – на Рейвенкло учится брат Алана, и он так же отлично ловит снитч. Ну и конечно выходить с ними на поле здорово, потому что Рейвенкло всегда играет честно и красиво. А уж удержать Селену, как мне кажется лучшего загонщика, очень сложно. Но вдруг у наших ворот что-то случилось. Судья показал замену команде Гриффиндора, и я увидела, как Лео, шатаясь, отходит от ворот, а с его руки льется кровь. К счастью, среди зрителей был Чарли Уизли, он быстро увел кузена в Больничное крыло. Миранда произвела замену в команде, Кролик встал на ворота, а запасной охотник вышел играть в основной состав. Матч надо было довести до конца, а уж потом разбираться, что случилось.

Снитч поймал ловец Рейвенкло, а по очкам выходила ничья по одной версии квиддичных правил и победа синей команды по другой. В умении добиваться своего слизеринцам не откажешь и остановились на втором варианте, и получилось, что у нас и у Слизерина по две победы и по одному поражению. По общей сумме очков зеленый факультет оказался впереди. Надо отдать должное нашему капитану, она сражалась до последнего, к сожалению безрезультатно.

Узнав от колдомедиков, что случилось с Лео, я отругала себя последними словами. И оценила интригу – поскольку я никогда не поверю в наивность и незнание капитана квиддичной команды, то родная для Альбирео кровь Лео была разменяна на повышение шансов на квиддичный кубок. Достойно.

Когда Тюдор рассказал про попытки его запереть прямо перед матчем, я уже просто посмеялась. И сделала выводы.

 

* * *

 

Сразу после матча меня поймал профессор Люпин и сказал, что на Самайн ему нужны те самые факультетские тройки. Ну и ладно, подумала я, танцевать все равно особо не собираюсь, попробуем себя в качестве дозорных.

Еще до Самайна я вспомнила, что младшему курсу надо рассказать про их традиционное дело – Тыквоголового Джека. В красках описала наше прошлогоднее чучело и попросила творить совместно с другими факультетами. Сам процесс я, к сожалению, не видела, но Джек получился прекрасным, как не знаю что. Особенно убили ноги, мне до сих пор интересно из чего они их сделали.

Лео летал со скоростью муховертки, ведь основного идеолога и организатора бала – Перси Уизли в живых уже не было. Я безжалостно спрятала свое фиолетовое платье под мантию, чтоб не отсвечивать. А жаль – платье было красивым, и к нему очень подошел фамильный ирис. У нас в гостиной была Флер Делакур, она посмотрела на цветок у меня за поясом и все, конечно, поняла.

- Символ вашего рода… - я только кивнула, - Тот, кто отказался от крови, получит ее обратно. Самайн вернет все на свои места.

Я знала с самого первого дня, отчего сестра была «мисс Кассиопеей» и хранила тайну, считая себя связанной чем-то вроде слова волшебника, хотя никто с меня его не требовал. Считала ли я, что Кэсс отказалась от меня.. пожалуй, нет. Мы связаны кровью еще по двум ветвям. Просто те легенды, сиды, старый замок на холме, лебединое крыло над ирисом – все это было для меня сказкой и сутью этой семьи. Тогда я еще не понимала, как можно отказаться от себя ради факультета. Не важно – Самайн действительно вернул все.

 

Дозоры вышли трехфакультетскими, потому что Хаффл отчего-то участия в этом не принимал. В начале меня еще умудрились отловить, выбрать претенденткой на что-то и попытаться затащить в круг танцующих. Не получилось, у меня на эту ночь были другие планы. Позже я решила пройтись к дальней стене Хогвартса вместе с «тройкой», выцепила Тюдора и Алана из рук их партнерш по танцам (надеюсь, девушки меня простили) и мы прогулялись в «дозор». Вот тут-то я и подумала, что в следующий раз я одна схожу – все тише будет.

Было до странного спокойно. В эту ночь решалось – откроются Врата Осени, или нет. Мы с главой слизеринской тройки, Кристофером фон Шварцем, стояли у Больничного Крыла, поглядывали на часы и прикидывали – будет ли ахтунг? В конце концов я не выдержала, попросила у Романы ее метлу и облетела школу. Никого, все тихо и мирно. Джека сожгли, Симус исполнил ирландский танец, ночь Самайна подходила к концу. Врата остались закрытыми.
Tags: ХС
Subscribe

  • Шалость удалась!

    Оригинал взят у meg_fyfield в Шалость удалась! 63 портрета. Целая жизнь в них. Смешные, корявые, глупые, непропорциональные, но я тогда…

  • (no subject)

    Я сознаю, что тема может быть неприятна, но не могу не высказаться. Пойду издалека: например, я собираюсь на игру, и какой-то блок правил плох…

  • Отчет по "15 лет спустя". Часть 2.

    Я это дописала! Вторая и последняя часть отчета по игре "Хогвартские сезоны. 15 лет спустя". Спасибо, всем кто делал игру и всем, кто на…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments